С Балтийского вокзала электричьки идут в Ижорскую землю, в герцогство Ингерманландия, не дальше натовской границы. Ингерманландия - страна по российским меркам небольшая, небогатая, малонаселенная, и поэтому вокзал скромный. Нет, конечно, сияют вывески СТОЛОВАЯ или "Подарки только для мужчин"; конечно, даже издалека поражает белизной и евроремонтом гостеприимно распахнутый туалет (тот и другой); но вот такая деталь.

У самого выхода на перроны стоят два или три старосоветских тонконогих стола, при них тоже старые советские стулья - и за этими столиками скромно и непритязательно закусывают посетители. И вряд ли закусывают они хамоном например или фуа-гра.

...Много охраны. Много! Как сказали мне - скорее не от террористов, а от гопоты, бомжей, граждан не вписавшихса в рынок, обездоленных (к-рые вообще льнут к вокзалам, а к таким и в такой местности - тем более).
А местность, кто не знает, такая: угол Обводного к. и Митрофаньевского шоссе

Как-то в общении с френдкой Жюжю я высказал, что мы любим необязательно то что нужно, и наоборот.
Так напр. я оч. люблю лососевых и их икру, но они мне не очень нужны.

Вот и с музыкой. Я оч. люблю Прокофьева и Бетховена, честно, но месяцами могу о них не вспоминать, не слушать. Не очень нужны, выходит :-)

Вот без чего я не могу, это без энергичных, ритмичных, мелодичных эстрадных и рокных опусов, чтобы молотили барабаны, брякали гитаревичи, взмывали пошловато-небесные скрипаревичи, бубукал бассевич. Петь могут на любом языке, хоть на молдавском, хоть на латышском, хоть на диалекте мид-вест.

То же и с поэзией. Я редко вспоминаю стихи величайшего поэта Овидия, но довольно часто, при этом задыхаяс от сдерживаемых рыданий, стих Некрасова "Размышления у парадного подъезда", так что даже дети морщас говорят: - Не надо, не разжалобливай.

ЖЕНЩИНЫ, КОШКА И МЫШКА

Есть в одном Учебном Центре библиотека. И в ней трудяцца дамы.
(А бывают библиотекари м.п.? Алексей Иванов?)
И вот одна из них, желая закусить, подходит к своей сумке, где уже раскрыты бутерброды… и видит на них мышку.
Дальнейшее очевидно. Дама завизжала, как любое существо ж.п. на ее месте, убежала в соседнюю комнату, надела сапоги и забилась в угол.
Начальница стала ее успокаивать… что мол это случайность… но тут что-то серое мелькнуло по полу совсем рядом с ними, и они заверещали обе, чуть на стулья не полезли и т.д.
Пожаловались мущинам. Те выдвинулись, поигрывая мышцами, потрясая эполетами и кортиками, но ничего конструктивного, конечно, не предложили. Так, чепуху какую-то.
Пришел потом какой-то дед-преп. Бу бу бу… у нас вот тоже было… нашли на помойке кошку, принесли, она всех выловила… Вот и в столовой есть рыжая, попросите…
Побежала начальница в столовую, колыхая всем тем, что так приятно отличает лучшую половину от худшей. Выпросила кошку, понесла ее, не очень довольную, со 2 эт. на 5-й.
Опустили на пол, закрыли дверь на ключ. Рыжая ходит, заглядывает в углы, мяукает. Чужое, ненужное ей место.

Открыли дверь в страшную комнату, занесли туда кошку, дверь за ней плотно закрыли.
Потом тихонько приоткрыли – сидит неподвижно и куда-то пристально смотрит. Хвостиком неслышно шлёп-шлёп – мол, закройте дверь.
Через 10 минут снова заглянули – она сидит у дверей с мышкой в зубах.
Вышла и быстро направилась на лестницу, а там вниз, по коврам, мимо адмиралов и кап1, мимо портретов Ушакова и Крузенштерна и Сенявина и Горшкова, по монументальным эрмитажным пролетам в столовую, на 2-й этаж.
Начальница, чувствуя перед столовскими ответственность за взятое у них животное – воследъ, колыхая всем данным ей от Бога и природы достоянием. Кошка дорогу знает, они всё знают, и честь никому не отдают. Они, я думаю, и поварихам/официанткам не особенно отдают, а уж офицерам… дерьма такого, шо мы офицеров не видели?!
Рыжая кошка, с мышью в зубах, проследовала на кухню и сложила добычу где-то у ног одной из раздатчиц, молча докладывая о результатах командировки и рассеянно слушая пространные благодарности завбиба: – Ах девочки, вы так нас выручили! Такая хорошая кошечка etc